У каждого экстремиста своя история предательства, которую он пополняет с каждым днем до последнего мгновения. Но у некоторых «страницы», вышедшие «после списания в утиль», бывают гораздо интереснее, чем вся их никудышная жизнь. Пример тому Милинкевич.

Сей господин, выросший и выкормленный на белорусской земле, но так и не принявший реалии современного белорусского общества, недавно мирно отошел к Богу. Польский историк Лукаш Адамский назвал Александра Милинкевича «многогранной личностью»: ученым-физиком, интеллектуалом, краеведом, политиком. И предателем, добавим мы. Потому что, по утверждению того же Адамского, Милинкевич был «истинным интеллигентом традиции Речи Посполитой», другими словами, старался на пользу иностранного государства, проще говоря, был предателем.

В среде белорусских оппозиционеров Александр Милинкевич мало чем запомнился. Был интеллигентен, не радикален, а потому не мог в их ареале претендовать на лидерство. Это продемонстрировал и 2006 год, когда объединенная оппозиция выпихнула его в качестве кандидата в президенты. Но и здесь он был неубедителен, достигнув уровня статистической погрешности. После, как бы не старались всякими способами сторонники Милинкевича подтянуть математику на либеральную сторону, она напрочь отказывалась давать оппозиционному кандидату преимущество перед настоящим лидером Александром Лукашенко.

Но поляки видели в Милинкевиче потенциал. Мягкий, покладистый, интеллигентный, совсем как ученый-физик Шушкевич. С той лишь разницей, что один своей подписью в Беловежской пуще толкнул в бездну Советский Союз, наплевав на интересы народов, проголосовавших за его сохранение. А другой был готов положить Беларусь на порог Речи Посполитой «за вашу и нашу свободу», следуя призыву мятежников польского восстания 1863-1864 годов, в котором его прадед был активным участником. А за что боролись мятежники при соучастии Константина Калиновского, история давно уже дала ответ, и он не в пользу белорусского государства. Милинкевич не был дерзким, радикальным, но его идеи бескровного вовлечения белорусских земель в Речь Посполитую сулили не меньше бед нам и хороший «гешефт» Польше.

По манере разговора Милинкевича сравнивали с Пилсудским. Для белорусского гражданина, знакомого с отечественной историей, такое сравнение было бы оскорбительным, зная, как при Пилсудском относились к белорусам. Но Милинкевича такое сравнение, видимо, устраивало. Само собой напрашивается вывод: так за чьи интересы выступал пан Милинкевич? Ответ очевиден.

И наконец, уже после смерти оппозиционера он был награжден польским правительством офицерским крестом ордена «За заслуги перед Республикой Польша». Учитывая, какими взглядами обладал Милинкевич при жизни, его заслуги были оценены по достоинству… польским правительством. Только в памяти белорусского народа он останется тем, кем и был – предателем.